Метка мастера на Уфтюжских туесах

Когда впервые в руки мне попался туес с чертами по сторонам замка, я сразу задал себе вопрос: для какой цели они служат? В то время (1991 г.) красноборский мехлесхоз выпускал туеса на продажу. Работал там мастер Беляков Константин Александрович. Я его разыскал и узнал, что проводит он черты в течение 10 лет одни и те же, во время изготовления рубашки, или уже после того, как туес сделан. Обратил я внимание и на большое разнообразие этих черт по сторонам замка в музейных коллекциях. Число черт на одном туесе колебалось от двух до четырнадцати.

Порядок расположения тоже разный. Попадались туеса без черт, или их было крайне мало, и могу сказать: замок без них не смотрелся так красиво. Черты словно рамка для картины облагораживали замок и туес в целом. Этнографы, которых я спрашивал, ничего не могли пояснить. Искусствоведы - тоже. Предположения были разные: для красоты, для того, чтобы береста не коробилась, для какой-нибудь технологической операции, например, для разметки замка. Предстояло все это проверить. То, что черты не нужны при разметке замка, было сразу ясно: чтобы вырезать замок, нужна была одна черта посередине. Как средство от коробления, эти черты тоже не годились. Пришлось провести эксперимент: кусочки бересты, расчерченные и не расчерченные, бросались в кипяток. Сворачивались те и другие. А вот когда я провел черты с другой стороны, с белой, но не тупым шилом, как красноборские мастера, а острым ножом прорезая бересту на половину толщины, то береста почти не коробилась в кипятке.

По мере изучения народного искусства, а вместе с ним и деревенского быта, я узнал, что в крестьянских хозяйствах широко бытовали знаки собственности. Крестьянин метил орудия труда, предметы быта, заготовленные в лесу жерди и бревна. Знаками собственности были зарубки, порезки или царапины простые, но у каждой семьи - свои. И тут на красноборских туесах тоже были простые черты, у каждого туеса - свои. Мастера с Уфтюги вырабатывали много туесов. В одной деревни Якшаково работало 20 мастеров, и каждый домохозяин за сезон делал до 1000 штук. Технология изготовления туеса была у всех одна и та же, и отступать от нее было никак нельзя. Туеса различались только вместимостью и метками мастера. Народное искусство анонимно, но каждый мастер все равно несет печать индивидуальности в своем изделии, которая выражается в технологии, в отделке, в материале. Думаю, что подписывать своим именем никто не догадывался такую простую вещь, как туес, а вот пометить было просто необходимо.

Нужно отметить и защитный характер этих черт. Ведь замок - это самое слабое место в туесе. Именно здесь береста коробится в первую очередь. Проводя черты по сторонам замка, очерчивалось то место, которое нужно защищать подобно тому, как, защищаясь от чертей, проводил суеверный человек вокруг себя круг.

Как и везде, в народном искусстве слились воедино несколько функций: и красота, и функциональность, и глубокий смысл.

В последние годы много работ посвящено расшифровке семантического текста утвари. Ни одно движение, запечатленное в изделии (будь то форма, рисунок, орнамент, простая черта), не было выполнено просто так - все имело па-значение, смысл, заключало в себе традицию, в соответствии с которой мастер изготавливал вещь. Исследователи-специалисты в области знаковой системы справедливо утверждают, что знаковые системы аккумулируются уже в процессе изготовления той или иной вещи, в характере и свойствах используемого материала, в личности мастера. Трудности в обнаружении и различии знаковых функций бытовой крестьянской утвари можно в некоторых случаях успешно преодолевать с помощью практики. Чтобы легче понять ту или иную деталь утвари, нужно воспроизвести процесс изготовления и пользования вещью, причем неоднократно и с душой, вникая в дело. Нужно просто пос