Поможет ли северная магия счастью новобрачных?

Весна и осень, как известно, традиционное время для свадьбы. Такие уж сложились народные обычаи, что в Колядки да на Купалу молодежь встречается, приглядывается друг к другу, а весной, на Красную горку, и осенью, на праздник Авсеня, свадьбы играют. У нас на Севере больше на осень свадьбы переносили — лето короткое, многое успеть надо, а после трудов праведных летних, уж и праздник на весь мир закатить. Многое можно рассказать о северной магии в период свадьбы — ведь это, как рождение и смерть, свадьба — одно из самых важных событий жизненного Коло.

На сайте «Северной сказки» мы много пишем о славянской мифологии и славянских оберегах , но сейчас, по сусекам своим помела, нашла потрясающие воображение заговоры — свадебные обереги. Покажу вам богатство, доставшееся с 19 века.

Известно, что на свадьбы всегда приглашали Знатка, чтобы читал он заговоры на счастье молодых. У нас все эти заговор имеют общее название «свадьбы отпущать». Приведённые в статье северорусские заговоры читали во время «свадебного поезда» и нашёптывали на традиционный свадебный оберег — куклу «Неразлучники».

Свадебный оберегъ (Олонецкая губерния, 19 век)

Свадебные обереги — это заговоренные предметы и слова, которые на них говорятся. Например, на веник, которым моется в бане невеста перед свадьбой. Веник, убранный лентами, несут перед молодой. Перед тем, как войти в баню, его бросают, и по тому, как он лёг, гадают о замужестве.

Боги Родные, послухайте моё чаянье! Есть святое море Акіянъ; на томъ святомъ морѣ Акіянѣ есть бѣлъ камень Латарь; на томъ бѣломъ камени Латарѣ сѣдитъ старъ матеръ человѣкъ, волосомъ сѣдъ, бородою бѣлъ; стоитъ отъ того матера человѣка Гесимянная гора отъ востока и до заката, отъ лѣта и до сѣвера. И ѣздитъ по той по Гесимянной горѣ отец Сварог на своемъ на сивомъ конѣ, со своимъ златымъ копіемъ и встаетъ на стражѣ около князя молодово первобрашнаго (имя рекъ) и около княгини молодые первобрашные (имя рекъ), и около тысецкого, и около сватьевъ, и около князевыхъ бояръ, и около свершниковъ и запетниковъ, и повозников; и ставитъ отец Сварог желѣзной тынъ отъ востока до заката и отъ лѣта и до сѣвера; отъ камяной горы до небесной высоты, до Ирея Светлого; отъ Ирея Светлого до каменной горы; отъ каменной горы до желѣзной подошвы, до трехъ китовъ; а толщина по три сажени печатныхъ. Ѣздитъ самъ отец Сварог на своемъ на сивомъ конѣ, со своимъ златымъ копіемъ къ мѣднымъ воротамъ, къ булатнымъ вереямъ; и ставитъ самъ отец Сварог первого Сварожича съ скипетромъ, а у другой вереи второго Сварожича съ скипетромъ и пропускаетъ князя первобрашнаго (имя рекъ) съ тысяцкимъ и свахами, и дружками, и князевыми боярами, съ вершники и запятники, и повозники, и со мной, (имя рекъ); — пропускаетъ сквозь мѣдныя ворота, сквозь булатныя вереи князя молодого первобрашнаго (имя рекъ) и княину молодую первобрашную (имя рекъ) съ тысяцкими и дружками, и свахами и князевыма боярама, съ вершники и запятники, и повозники, и со мною (имя рекъ). И отец Сварог, и Сварожичи затворяютъ ворота к булатнымъ вереямъ, замыкаютъ (такъ!) своимъ златымъ замкомъ, оставляетъ ключъ у меня, (имя рекъ). Самъ отец Сварожичь со своимъ златымъ копіемъ, а Сварожичи съ скипетромъ около князя молодого, первобрашнаго (имя рекъ) и около княини молодые, первобрашные (имя рекъ), и около тысецкого, и около свахъ, и около дружекъ, и около князевыхъ бояръ, и около меня, (имя рекъ), колдуна, колдунью, вѣдуна, вѣдунью въ ретивое серцо, въ мякое леко, въ черную печень, — чернаго, черемнаго, русаго и краснаго, однозуба и двоезуба, стараго и малаго, и середолица. И хто лихо подумаетъ на князя молодово, первобрашнаго (имя рекъ) и на княину молодую первобрашную (имя рекъ), и на весь князевъ поѣздъ, и на меня (имя рекъ) — убереги, убереги, поставьте того отреченика въ землю смоливымъ пнемъ, облейте ретивое серце смолою, огнемъ, выжги у его уста и серце со злыми дѣлами въ день поцолцемъ, въ ночь подъ мѣсяцемъ, по утру рано, въ вечерѣ поздо, по всякъ день, по всякъ часъ, по всяко время, на ветху мѣсяцѣ и на молоду, на полнѣ и на перекроѣ. И тѣмъ моимъ словамъ ключъ и замокъ. Кое слово забылъ, то слово поставьте, Боги Родные, всѣхъ напередъ. Вики пувики, отыне дувики.

Свадебный оберегъ (Олонецкая губерния, 19 век)

Новобрачная и жених готовят своими руками друг другу обереги. Например, у нас на севере жених делал и расписывал прялку — до сих пор сохранилось у нас много прялок, от которых так и веет любовью и ожиданием счастья. Конечно, лучшим оберегом от всякой порчи и сглаза всегда были чистота сердец и любовь новобрачных, но и проверенные заговоры всегда были в почёте!


Силы небесные, послухайте моё чаянье, поставьте къ моему дѣлу поспѣшеніе и поможеніе, а я, (имя рекъ), вамъ, государямъ, отъ поту лица своего слова говорю; вамъ, государямъ, свѣчи затеплю. И ты когда, колдунъ и колдунъя, вѣдунъ и вѣдунья, отречешися сего свѣту, житія-бытія своего и когда потребиши отца или матерь, лишишися сего свѣту, житія своего; и когда опрокинешь на край небо, опрокинешь на край землю до желѣзной подошвы, до трехъ китовъ; и когда принесешь отъ трехъ китовъ ретивое сердце и съ горячей кровію, и съ мягкимъ легкимъ1), и съ черной печенью ко мнѣ, (имя рекъ), — въ тотъ часъ тотъ колдунъ и колдунья, вѣдунъ и вѣдунья князя молодого испортить (имя рекъ) и княгину молодую (имя рекъ), и съ тысяцкимъ, и съ всѣми и друшками, и со всѣмъ поѣздомъ, съ вершники и запятники, и со мной, (имя рекъ), килу привяжешь, икоту напустишь, нелюпку напустишь, мокрую грыжу напустишь, дрожъ напустишь, къ лавкѣ привяжешь, у передоѣжжихъ щеки, запрешь въ путѣ, въ дорогѣ, и коней въ воротахъ поставишь, языкъ въ удилахъ запрешь, к назьму сани приморозишь, въ пути въ дорогѣ дороги украдешь, въ пустой дворъ заведешь, изъ сѣдла вышибешь, потпруги подорвешь, изъ саней вышибешь и внизъ опрокинешь, завертки подорвешь, и гужи подорвешь, — тебѣ того дѣла не здѣлать не которымъ дѣломъ не похитрить и не помудрить, своего отца и матерь не полишить сего свѣту, житія и бытія ихъ и мѣста, и тебѣ, колдуне и колдуньѣ, заповѣди не полишить и не учинить, не поставить на край небо и внизъ землю не опрокинуть до желѣзной подошвы, до трехъ китовъ, не принести изъ трехъ китовъ ретивого сердца съ мягкимъ легкимъ и съ черною печенью ко мнѣ (имя рекъ). А тотъ часъ и тогда тотъ колдунъ, колдунья, вѣдунъ, вѣдунья, князя молодово (имя рекъ) и княину молодую (имя рекъ) и съ тысяцкимъ, и съ свахами, и съ друшками, и со всѣмъ поѣздомъ: съ вершники и повозники, и со мной, (имя рекъ) килу не привязать, икоты не напустить, нелюпку не напустить, мокрые грыжи не напустить, къ лавкѣ не привязать, у передоѣжихъ щекъ не запереть, въ пути и въ дорогѣ коней въ воротахъ не поставить, языкъ въ удила не вбитъ и къ назьму сани не приморозить, въ пути и въ дорогу не укрась, въ пустой дворъ не завезешь и въ огородецъ не завезешь, и въ дроводѣлъ не взаведешь, изъ сѣдла не вышибешь, потпругъ не подорвать, изъ саней не вышибить, внизъ не опрокинуть, завертокъ не подорвать, гужей не изорвать, — того тебѣ дѣла не здѣлать не какимъ, не которымъ дѣломъ. Или, кто на князя первобрашнаго (имя рекъ) подумаетъ и на кнеину первобрашную (имя рекъ), и на весь поѣздъ княжей, и на меня (имя рекъ), — ангели, архангели, поставьте того отреченика въ землю смоливымъ пнемъ, облейте ретивое серце ево смолою огненной, црь (такъ!) выжги у его очи, замкни уста съ ево злыми дѣлами — въ день подъ солнцемъ, въ ночь подъ мѣсецемъ, по утру рано, вечеру поздо; по всякъ день, по всякъ часъ и по всяко время; на верху и на молоду, на полнѣ и на ущербѣ, и въ сей часъ; и буди тѣмъ моимъ словомъ ключъ и замокъ. Всегда и нынѣ, и присно, и во вѣки.

Свадебный оберегъ (Олонецкая губерния, конец 18 века)

Во время свадебного поезда опытный Знаток читает заговор, охраняющий молодых — ведь это время очень опасно, потому как молодые идут между мирами, их жизнь изменяется и их мир становится другим.


Воймя рода. Есть въ западной стороны море Белое; въ томъ же мори есть островъ; на томъ же острову выросло древо, на томъ же древѣ корень и вѣтвіе. На томъ же древѣ сидитъ желѣзенъ мужъ, осматриваетъ желѣзенъ мужъ всякаго вѣдуна, колдуна, кудесника, чтобы видѣти мнѣсторожу колдуна и вѣдуна, мужика и женку, и дѣвку. Окажи мнѣ на всѣхъ четырехъ сторонахъ, окажи мнѣ сторожу въ избѣ или на улицы, въ пиру или на сварбы, или у заплота или за плахами или за рѣкою, вездѣ, кто гдѣ не стоитъ, какъ бы сторожа не тронуть. Тотъ же желѣзенъ мужъ, кабы на колдуна и вѣдуна тенетъ онъ лукъ, отворачиваетъ недобрыя словеса и рѣчи колдунове и вѣдунове, яже онъ врагъ ими на меня вражитъ, онъ отворачиваетъ, тотъ же желѣзенъ мужъ. Или баба еси сътьми же, тотъ же врагъ ее же, кабы она легонько въ зубы подолъ знела и подругу бы оказала, руки бы зняла, своего дьявола звеселила, да тотъ же желѣзенъ мужъ въ избу привяжи ея къ печному столбу, а на улицы къ огороду. А мужикъ тотъ же колдунъ надо мною пытаетця; ты же желѣзенъ мужъ, кабы насъ не няла ево ни слова, а ему колдуну не чѣмъ бы ему отъ меня не онятця; сведи его тотъ же желѣзенъ мужъ, сведи ево въ баню и поставь его въ каменицу головою, иже ево врага, кой вражитъ, и повесь ево же вверхъ ногами у стропилъ ко одному углу, и броси ево же о сыру землю, да тотъ же желѣзенъ мужъ не отпущай меня (имярекъ); его врага о землю порази, ево стречника. Или у князя молодова лошадь подтыкаетця отъ подтычки, или у свахи, у тысечково, у дружекъ, у сторожа, у всево княжева поѣзду прибору отъ воженія, которая врагъ повалить захочетъ о крѣпостѣ, тотъ же желѣзенъ мужъ обороняетъ меня, имярекъ, сторожа и князя и княгину, тысецкаго, дружекъ и весь княжей приборъ, бросаетъ ево того же врага, какъ бы на насъ не думалъ, броси ево о сыру землю; во вѣкъ вѣковъ.

(Списанъ П. С. Ефименкомъ изъ старинной рукописи, доставленной крестьяниномъ Холмогор. у. Дохтуровымъ).

Свадебный оберегъ (Олонецкая губерния, конец 18 века)

Венчальную одежду молодых украшает и защищает одновременно вышивка, красная на белом. Непременно в свадебных мотивах присутствует солнце в виде разнообразных свастических символов и знаки «поля» — символ богатства и плодородия. Солнце присутствует и в заговорных словах, которые читаются над молодыми.


Воймя рода. Есть святое море акеянъ; на томъ море окіяне бѣлъ красенъ камень; на томъ бѣломъ красномъ камени, звѣрь лубимечь, охватилсе и обогнулсе зверь лубимечь зъ бѣлымъ каменемъ, не отходитъ прочь; и какъ охватилсе звѣрь лубимечь, обогнулсе зверь лубимечь и прочь не идетъ, такъ же бы охватиласе и обогнуласе та имярекъ съ тѣмъ имярекъ; и какъ любимечь звѣрь обогнулъ бѣлъ камень, и тако бы обогнулася та имя рекъ, и любилися между собою тѣ мужъ да жена другъ по другѣ. Коль жарко разгораетца кирпичная печь, въ той огненной печи дубъ и дрова, коль жарко разгораетца дрова и угольѣ, коль жарко и пылко, столь же бы пылко, столь же бы жарко горѣло сердце и кровь, въ день бы она ходила, голова бы у ней болѣла, сердце бы щемило, хлѣба бы не ѣла, другъ безъ друга головы у нихъ болѣли, въ ночь сна другъ безъ друга не было. Коль ярко горитъ свитая свѣща предъ образами божіими, толь же бы ярко горѣло сердце у имярекъ по имя рекъ днемъ и ночію, и какъ всякая мати тужитъ и плачетъ по своемъ сынѣ, спустя на чужую сторону, неутѣшно плачетъ, такъ бы тужила и плакала та имярекъ по имярекъ: она глазомъ завидитъ, ухомъ заслышитъ, усмотря сердцемъ возрадуетца имярекъ по имярекъ душею своею и сердцемъ. И какъ идетъ сонцо къ вечеру на покатъ на западъ безотпятно, такъ же бы та имярекъ по имярекъ безотпятно, и безъотворотно. Во вѣкъ вѣковъ.

(Списано П. С. Ефименкомъ со старинной рукописи, доставленной крестьяниномъ Холмогорскаго уѣзда Дохтуровымъ).

Свадебные указы

В свадебных обычаях непременно участвуют куклы. По этому случаю шьют куклы Деда да Бабы — это образы Предков, что покровительствуют молодым. Их ставят или сажают перед молодыми на стол, ставят перед ними требную мису, в которую кладётся первый кусочек от каждого блюда. К тому же дарится особая сдвоенная куколка — «неразлучница», изображающая самих молодых, держащихся за руки. Куколку заговаривали.


Вот такую куклу «Неразлучники» можно приобрести в нашей лавке «Северная сказка»

Как все силы небесныя сотворили небо, землю, море, оградили песками и рукою, ногами, оградите меня, Неразлучницу, каменнымъ градомъ о трехъ запорахъ и заборонахъ, поставите желѣзенъ тынъ въ небесную вышину и въ морскую глубину, поставите желѣзенъ тынъ, желѣзныя вереи и мѣдныя ворота, затворите замки тѣ, схороните въ двинскую вершину и въ камянную пещеру, отъ вѣдуна и отъ вѣщицы, отъ волхва и отъ кудесника и отъ всякаго злаго человѣка, недобраго. Коли тѣ ключи найдетъ вѣдунъ и вѣщица, а замки отомкнетъ, и ворота отворитъ и градъ потопитъ, ни вѣдуну, ни вѣщицы тѣхъ ключей не нахаживать, и воротъ ни замковъ не отмыкивать, и воротъ не отваривать, а меня, Неразлучницу, не порчивать, и тѣ слова говорить земляной силою и водяною во вѣки, ключ, замок

А говорить тѣ лова на два куска на хлѣбъ, да на безушую новую недержанную иглу, да на булавку новуюжъ недержаннуюжъ, а булавку безушую тыкать въ воротъ въ рубашной, а тыкать ушми вверхъ, а востріемъ къ земли, да на куклу неразлучницу

Указъ: свивать свѣчи на посолонъ брачныя и говорить, и какъ совьешь, и поставь предъ образами божьими, и зажги, и до конца дай згорѣть, чтобы не осталось ничего, себя оградить: Востану язъ им. р., пойду по восточную сторону, ставлюсь на мѣдное гумно, покрываюся краснымъ солнцемъ и свѣтлымъ мѣсяцомъ, огражаюся частыми звѣздами, что вострыми стрѣлами, язъ им. р. отъ всякаго друга и недруга и отъ всякаго жива человѣка

Указъ какъ говорить: положить въ воду непитную сребро, и то судно поставить на хлѣбную квашню, говорить, и тою водою мазатися сохранно на чистомъ мѣстѣ, а лица не утирать, а досталь воды выпить и вылить въ чистое мѣсто и въ харчу, и серебромъ утиратися по лицу, и серебро отдать на доброе дело.

Заключение

Вот такие заговоры бытовали у нас на Севере. В них слилось в один впечатляющий образ и вера в волшебство, и почитание сил небесных, и желание уберечь молодых от чёрных воздействий и пожелание им счастья.

Кто ж заговорит нынешних молодых брачующихся от уроков и призоров, кто подарит им заговорённую куколку –неразлучницу, да совъёт свечи на посолонь и поставит на алтарь?

Надеюсь только на то, что разглядит нынешняя молодежь за этими «бабушкиными сказками» мудрость народную, многими тысячелетиями проверенную!

Счастья роду вашему!

Иванова Ирина, главный редактор издательства «Северная сказка».