Хозяйство русских старожилов

Е.В. Филатова

Омск, государственный университет

Фото подобраны мной.

ХОЗЯЙСТВО РУССКИХ СТАРОЖИЛОВ ИРТЫША

У каждого, особенно крупного народа, населяющего значительную территорию, под влиянием целого ряда конкретных условий в рамках единой этнической культуры существуют локальные особенности. Такие особенности в русской традиционной культуре создавались, в частности, в процессе заселения и хозяйственного освоения новых территорий, где русские переселенцы поселились бок о бок с местным населением (Александров В.А., 1974. – С. 7). Они проявляются и в хозяйстве, на которое сильное влияние оказывает географическая среда. Целью данного исследования является описание особенностей хозяйства русских старожилов низовьев Иртыша.

Под низовьями Иртыша мы понимаем Ханты-Мансийский район Ханты-Мансийского автономного округа. Старожилы этого района плохо изучены исследователями. Можно отметить работу «Самарово, село Тобольской губернии и округа: хроника, воспоминания и материалы о его прошлом» Х.М. Лопарева, который был уроженцем села Самарово (сейчас – часть города Ханты-Мансийска). Эта работа написана по материалам, собранным в старожильческих поселенях – с. Цингалы и д. Чебакчино. В этих местах в 2003 г. была проведена совместная экспедиция ОмГУ и Музея природы и человека (Ханты-Мансийск).

В целом на протяжении всего освоения низовьев Иртыша численность русских здесь была незначительной. Объясняется это особенностями природно-климатических и хозяйственных условий, в частности невозможностью заниматься земледелием, что было важно для русского крестьянина. Первоначально русское население состояло из ямщиков, которые занимались ямской гоньбой. Рост численности населения, главным образом, происходил естественным путем.

На территории низовья Иртыша в конце XIX в. располагались русские населенные пункты: село Самарово и деревни Базьянова, Реполовская, Деньщиковская. По официальным данным в Самарово в 1894 г. насчитывалось 436 ревизских душ, 175 дворов, 130 отдельных домохозяев (Лопарев Х.М., 1997. – С. 114). Русские населенные пункты располагались далеко друг от друга, рядом с поселениями ханты и манси. Все жители низовьев Иртыша поддерживали торговые и брачные отношения друг с другом.

Сначала, когда русские только начали осваивать эту территорию, они попытались воссоздать традиционную модель ведения хозяйства. Х.М. Лопарев отмечает, что в 1767 г. здесь предпринимались опыты хлебопашества: было засеяно хлебом 49 десятин, но неудачно (Лопарев Х.М., 1997. – С. 29). Затем, чтобы выжить, стали заимствовать способы ведения хозяйства у аборигенов. В результате важное место в хозяйственных занятиях русских стали занимать охота и рыболовство. Развитие рыболовства выразилось и в усложнении форм его организации, усовершенствовании орудий и техники лова. К началу XXI в. способы и техника ловли рыбы изменились мало. Этому способствовало то, что в реках было много рыбы. Старожилы рыбачили круглый год: и зимой и летом, используя различные приемы. Анатолий Михайлович Макаров рассказывал, что «зимой больше рыбы поймаешь. Она зимой против течения идет к живунам (место в реке, где нет недостатка в кислороде) от загара (место с недостатком кислорода). На живунах ставят фитили и катцы».

Катец ставится на маленьких речках. С осени по берегам реки с двух сторон, друг напротив друга, ставится катец, сделанный из вольерной сетки (металлическая сетка для огораживания клеток на зверофермах). Чтобы он оставался устойчивым, по его периметру в нескольких местах втыкали колья. Рыба, идущая на живун, скапливалась в пространстве, огороженном сеткой. Продолбив лед, рыбу из катца вычерпывали сачком. Можно установить катец и по-другому. Реку перегораживали запором с одного берега. И вне зависимости от того, куда будет плыть рыба, она почти вся попадает в катец. А потом также надо вычерпать рыбу. Раньше катцы делали не из сетки, а из связанных между собой кольев, которые втыкали в дно реки.

Ставят зимой и фитили. Фитиль выглядит следующим образом: на металлические кольца, число которых может быть различно (фитили достигают 10 метров и в них можно поймать до 300 кг рыбы) натягивается сетка с окном, сквозь которое проходит рыба. На следующем кольце в сетке уже глухое окно (назад уже рыба не выйдет). Скопившуюся в конце фитиля рыбу встряхивают рыбу, развязав узел.

Фитили бывают летние и зимние. Различаются они размерами, строением и способами установки. Зимой используется спарный фитиль (конструкция из двух фитилей, соединенных между собой юбкой). Небольшую речку перегораживали запорами с осени. Осенью же устанавливали и фитили. Их фиксировали при помощи кольев, которые продевали в кольца на фитилях, а потом втыкали в дно речки. Фитили были соединены между собой юбкой – сеткой, не позволяющей рыбе, попавшей между фитилями, уйти на дно. Для того чтобы вытащить пойманную рыбу, во льду между фитилями делали озимь – прорубь, через которую фитили по очереди вытаскивали на лед и вытряхивали из них рыбу. Чтобы поставить фитиль на место, к его концу предварительно привязывали веревку, которая называется прогоном. Вытянув за прогон фитиль, его вновь фиксировали колом.

Летом фитиль ставили по-другому. К берегу реки крепили соединенную с фитилем стень (сетка, служащая запором, не позволяющая рыбе проходить мимо фитиля. Кроме того, стенью называют высоту сети). Кольцом крепили фитиль ко дну, удерживая его поперек течения. Летний фитиль короче зимнего и у него нет юбки. Улов на фитилях зимой гораздо больше, чем летом.

Ставили зимой и сети, и самоловы. Зимние сети короче летних в силу особенностей установки. Ставили их вдоль течения реки. Во льду долбили две дыры. В ту из них, что выше по течению, опускали прогон с привязанным на конце плавышом (приспособление типа поплавка, обычно делали из армейской фляжки и положенной в нее гайки). Он нужен для перемещения прогона подо льдом по течению реки. Опытные рыбаки запускают плавыш так, что он выныривает в дырке ниже по течению. Если же все-таки плавыш ушел в сторону, прогон легко доставали норилом (шест с поперечиной на конце, длиной до 10 м). После этого в дыры забивали колья, к которым привязывали сеть. Точно также ставится самолов.

Самолов представляет собой веревку с поплавками, под каждым из которых на кукле (тонкая капроновая веревка для плетения сетей, фитилей) привязан сделанный из стальной проволоки крючок. На низ крючка для его устойчивости привязывается грузило. Самолов так называется потому, что на крючки не насаживается приманка. Крючок затачивали так, что если рыба задевает его, то обязательно цепляется. Даже если рыба задевает крючок не со стороны острия, он разворачивается, и рыба все равно ловится. Летом самоловы ставятся двумя способами. Можно перегородить реку поперек по всей ширине. Для этого с берега на берег протягивается проволока, к которой в нескольких местах привязывается самолов. Глубина его погружения регулируется.

Рыбы старожилы добывали так много, что «коров ухой поили» (МЭЭ ОмГУ 2003 г. П.о. 2. Л. 10об. – 15), вареной рыбой кормили свиней и кур (МЭЭ ОмГУ 2003 г. П.о. 2. Л. 18об. – 21).

Способы охоты тоже были разнообразны. «На лисиц капканы ставили, на соболей – кулемы. Кулема состоит из двух планок, между ними ставится маленькая палочка, называемая сторожкой. А на куропаток делали петли» (МЭЭ ОмГУ 2003 г. П.о. 1. Л. 2.).

Старожилы знали очень интересный способ охоты на уток. «По весне их ловили, когда гон начинался. Сеть ставили между двумя озерами. Сначала прорубали просеку 10–15 м в ширину. Потом на самых высоких деревьях вешали сеть. Сеть была большая, примерно 10–15 м шириной, да высотой метров десять, с мелкими ячейками. Крепили ее на дереве с помощью шеста, на котором был приделан блок (он назывался ветошка, похож на блок у ткацкого стана), через который пробивали веревку. Кто-то залазил на дерево и крепил блок с сетью на верхушке.

Под деревом делали укрытие из веток (что-то типа плетня), так, чтоб его не было видно. Иногда срубчик небольшой ставили, ветками сверху прикрывали, чтобы человека не видно было. Он ждал, когда нырки (чаще на них охотились, но и на других – журавок, лебедей – тоже) подлетят поближе. Когда до сети оставалось 10–15 м, так, что птицы уже свернуть не могли, сеть опускали потихоньку. Натяжение было небольшое, поэтому утка сеть не пробивала, а запутывалась в ней. Потом уток доставали из сети и откусывали им головы (потому что свернуть голову утке очень трудно). Иногда ловили до 100 уток одной сетью» (МЭЭ ОмГУ 2003 г. П.о. 2. Л. 18об. – 21.).

Дополнялось рыболовство и охота сбором кедровых шишек и ягод. В местах, где русское население было тесно связано с аборигенами, было развито оленеводство. Землепашеством прежде не занимались «по холодному климату и непригодности почв». Причинами неразвитости земледелия на рассматриваемой территории служили не только природные условия, но и сложившаяся традиция хозяйствования, отсутствие средств, необходимых для первоначальной разработки земли (Миненко Н.А., 1975. – С. 81). К XIX в. русские старожилы здесь стали разводить овощи. На огородах местных жителей преобладал картофель, но выращивали также и репу, редьку, морковь, свеклу, капусту. Держали в хозяйствах и скот. Но земледелие и животноводство носили подсобный характер.

Итак, русские старожилы низовьев Иртыша выработали хозяйственный комплекс, который ориентировался на рыболовство и охоту. Он складывался в течение долгих лет, были заимствованы у ханты способы охоты и рыболовства, русские хозяйственные традиции были приспособлены к природно-географическим условиям изучаемой местности.

Литература:

Александров В.А. Проблемы сравнительного изучения материальной культуры русского населения Сибири (XVII – начало XX вв.) // Проблемы изучения материальной культуры русского населения Сибири. – М, 1974. – С. 7–15.

Лопарев Х.М. Самарово, село Тобольской губернии и округа: хроника, воспоминания и материалы о его прошлом. – Тюмень, 1997.

Миненко Н.А. Северо-Западная Сибирь в XVIII – первой половине XIX вв. Историко-этнографический очерк. – Новосибирск, 1975.

Опубликовано: Культурология традиционных сообществ: Материалы II Всерос. науч. конф. молодых ученых . – Омск, 2007. – С. 44–48.